Что нашли на дне Марианской впадины и какое там давление: 4 факта о Бездне Челленджера
На дне Марианской впадины в западной части Тихого океана, на глубине около 10 920–11 000 метров в точке под названием Бездна Челленджера, вопреки привычным представлениям о безжизненной пустыне обнаружены целые экосистемы живых организмов, выходы жидкой серы, углекислого газа и следы человеческой цивилизации. При этом вода здесь никогда не превращается в лед даже при температуре около нуля, а каждый квадратный сантиметр дна испытывает сжатие, превышающее 1100 атмосфер.
Марианский желоб представляет собой гигантский V-образный шрам в земной коре длиной более 2500 километров, образовавшийся на стыке двух литосферных плит, где Тихоокеанская плита уходит под Филиппинскую. Дно в самой глубокой точке — Бездне Челленджера — покрыто не твердой скалой, а толстым слоем вязкого серо-зеленого ила, состоящего из перемолотых панцирей древних микроорганизмов — диатомовых водорослей и радиолярий.
Физические условия на глубине почти 11 километров экстремальны:
- Давление превышает 1100 атмосфер — на каждый квадратный сантиметр поверхности давит масса свыше 1,1 тонны. Для наглядности: это равносильно тому, как если бы на ноготь большого пальца руки одновременно поставили тяжелый внедорожник или слона.
- Температура воды держится в пределах от +1 до +4 °C — замерзнуть в лед воде не дает колоссальное гидростатическое давление, которое не позволяет молекулам выстроиться в кристаллическую решетку.
- Плотная взвесь и абсолютная темнота — малейшее прикосновение подводного аппарата к рыхлому дну поднимает плотное облако мути, которое оседает часами.
- Геологические аномалии — в отдельных участках желоба обнаружены подводные грязевые вулканы и гидротермальные выходы, извергающие пузырьки жидкого углекислого газа и расплавленную серу при температуре свыше +180 °C.
Долгое время считалось, что сконструировать аппарат, способный выдержать сжатие свыше тысячи атмосфер и вернуть экипаж живым, технически невозможно. Первыми этот барьер преодолели швейцарский океанолог Жак Пикар и лейтенант ВМС США Дон Уолш.
23 января 1960 года они совершили историческое погружение на батискафе «Триест»:
- Обитаемая гондола представляла собой стальную сферу со стенками толщиной 12,7 сантиметра, весом около 13 тонн и диаметром всего 2,16 метра, где двум исследователям приходилось сидеть плечом к плечу.
- Спуск занял почти 5 часов, а на самом дне экипаж провел около 20 минут, разглядев в свет прожектора плоскую рыбу длиной около 30 сантиметров, похожую на камбалу, и креветку.
- На глубине 9 километров в иллюминаторе из плексигласа появилась трещина, но корпус выдержал нагрузку, позволив аппарату благополучно всплыть.
Следующее пилотируемое погружение состоялось лишь спустя 52 года — в марте 2012 года на дно Бездны Челленджера в одиночку опустился американский кинорежиссер и исследователь Джеймс Кэмерон на батискафе Deepsea Challenger. Он провел на дне почти три часа, собрал образцы грунта и снял первые кадры в формате 3D. В 2019 году американский исследователь Виктор Весково на титановом аппарате Limiting Factor установил новый рекорд глубины (10 928 метров), а в 2020 году российский автономный необитаемый аппарат «Витязь-Д» впервые в истории полностью в автоматическом режиме достиг дна Марианской впадины, зафиксировав глубину 10 028 метров и установив на дне вымпел.
Главный вопрос, волновавший биологов десятилетиями, получил однозначный ответ: жизнь существует даже в самой глубокой точке планеты, причем она поражает своим разнообразием. На глубине около 11 километров не живут гигантские акулы или древние чудовища, но процветают уникальные организмы-экстремофилы:
- Гигантские одноклеточные ксенофиофоры — эти похожие на губку простейшие организмы достигают 10–20 сантиметров в диаметре. Они устойчивы к высоким дозам тяжелых металлов (свинца, урана, ртути) и служат убежищем для мелких рачков и червей.
- Глубоководные бокоплавы (амфиподы) Hirondellea gigas — ракообразные длиной до 5–8 сантиметров, которые покрывают свой панцирь тончайшим слоем гидроксида алюминия, выделяя его из донного ила с помощью специальных ферментов. Эта природная «алюминиевая броня» не дает давлению растворить их карбонатный скелет.
- Голотурии (морские огурцы) и полихеты — ползающие по дну беспозвоночные, перерабатывающие органический «морской снег» — останки планктона и крупных животных, медленно опускающиеся с верхних слоев океана.
- Уникальные барофильные бактерии — микроорганизмы, которые не просто выживают при давлении в 1100 атмосфер, но и не могут размножаться при нормальном атмосферном давлении на поверхности. Некоторые из них питаются углеводородами, в том числе компонентами нефти.
Российский микробиолог и специалист по экстремофильным организмам Елизавета Бонч-Осмоловская, член-корреспондент РАН, неоднократно отмечала в своих работах, что глубоководные желоба и подводные гидротермальные поля представляют собой настоящую природную лабораторию ранней Земли: изучение ферментов таких бактерий открывает путь к созданию лекарств и биотехнологий, работающих в экстремальных условиях.
Помимо неизвестных ранее видов ракообразных и микроорганизмов, глубоководные экспедиции последних лет сделали на дне Марианского желоба тревожные находки, доказывающие, что влияние человека достигло даже самых удаленных уголков планеты:
- Пластиковый пакет и обертки от конфет — во время погружения на глубину 10 928 метров исследователь Виктор Весково обнаружил прямо на дне Бездны Челленджера обычный полиэтиленовый пакет и фантики, которые опустились туда с поверхностными течениями.
- Высокая концентрация микропластика и стойких загрязнителей — лабораторный анализ желудков глубоководных амфипод, пойманных на дне желоба, показал, что у 100% исследованных особей внутри содержатся микроскопические волокна синтетических тканей и пластика, а уровень токсичных полихлорированных бифенилов в их тканях оказался выше, чем у крабов из самых загрязненных промышленных рек Китая.
- Аномальный уровень ртути — геохимики обнаружили в донных отложениях впадины повышенное содержание метилртути, попадающей в океан из атмосферы после сжигания угля и промышленных выбросов и оседающей на глубине вместе с остатками морских организмов.
Таким образом, дно Марианской впадины оказалось не стерильной бездной, а сложнейшей экосистемой, которая напрямую связана с процессами, происходящими на поверхности Земли.
